Ночь, когда ты не одна

Они ехали к дому Льва в почти полной тишине.
Машина двигалась по ночной дороге, и свет фонарей отражался на лобовом стекле золотыми вспышками, будто время мелькало мимо.

Алина смотрела на его профиль.

Он был напряжён, мышцы на челюсти двигались при каждом повороте руля.
Лев выглядел спокойным — но это было то спокойствие, которое держится только на силе воли.

— Лев… — тихо сказала она.

Он не повернул голову, но пальцы на руле на мгновение сжались.

— Да?

— Ты злишься?

Пауза.

— Я в ярости, — сказал он честно. — Но не на тебя.

Она слегка улыбнулась — еле заметно.

— На кого?

Он выдохнул — долгий, тяжёлый.

— На него.
Пауза.
— На себя.
— На себя?
— Да, — он повернул голову на секунду. — Потому что я позволил этому зайти слишком далеко. Потому что я думал, что смогу держать дистанцию.
Он снова посмотрел на дорогу.
— Потому что я должен был защитить тебя раньше.

Алина опустила взгляд.

— Но ты ведь… всегда рядом.

— Этого было мало, — ответил он.
— А теперь?
Он сжал руль.
— Теперь достаточно будет только одного:
Он посмотрел ей в глаза прямо перед поворотом.
— Я не отпущу тебя ни на шаг.

Её дыхание сбилось на секунду.

Но она не спорила.

Дом Льва оказался не таким, как она ожидала.

Она думала, что у него будет всё безупречно ровно и холодно — как в его кабинете.
Но его квартира… была другой.

Чистая, аккуратная — но не холодная.
Книги.
Тёплый свет.
Неправильно сложенное одеяло на диване.
Пара чашек на столе — будто он часто работает по ночам.

— Проходи, — сказал он, снимая куртку.

Он говорил тихо, но в голосе было что-то новое.
Не мягкость — нет.
Что-то ближе.

Алина переступила порог.

— У тебя… уютно.

Он удивлённо поднял бровь:

— Уютно?

— Да, — она улыбнулась. — Я думала, у тебя будет всё идеально по линеечке.

Он слегка фыркнул — едва заметно.

— Я не робот.

— Иногда кажется, что ты близок, — тихо сказала она.

Он повернулся к ней.

— Иногда мне приходится им быть. Чтобы защищать других.

Её сердце сжалось.

Но она сказала:

— А со мной… ты можешь быть собой.

Он опустил взгляд.
Секунду — две — три.

И ответил:

— С тобой — да.

Он подготовил ей комнату.

Это была гостевая — небольшая, аккуратная.
Чистое бельё, кресло, маленькая лампа.
Он ходил по комнате, поправлял одеяло, ставил воду на стол, открывал окно.

И всё это — молча, но так… нежно.
Так внимательно, что она не могла не смотреть.

— Спасибо, — тихо сказала она.

— Здесь безопасно, — ответил он.
Он проверил замок.
Закрыл окно.
Поставил дополнительный стоппер.

Алина улыбнулась:

— Ты перестраховываешься.

— Да, — ответил он, даже не пытаясь отрицать. — И буду перестраховываться дальше.
Он повернулся к ней, серьёзный, но мягкий.
— Если что-то — хоть что-то — покажется тебе странным ночью…
— Я позову тебя?
— Немедленно.

Она кивнула.

Но не уходила.

Он тоже стоял в дверях.

И они смотрели друг на друга.

— Лев… — тихо сказала она, — почему ты так переживаешь?

Он медленно сделал шаг навстречу.

— Потому что он не понимает границ, — сказал он. — А я… понимаю слишком хорошо.
Он наклонил голову.
— И потому что ты для меня гораздо больше, чем свидетель.
Пауза.
— Гораздо больше.

Алина чувствовала, как внутри что-то раскрывается — тихо, тепло.

— Я знаю, — шепнула она.

Он не коснулся её, не притянул к себе — но его взгляд был сильнее любого прикосновения.

— Доброй ночи, Алина, — сказал он.

— Спокойной ночи, Лев.

Но ночь не была спокойной.

В три часа ночи Лев проснулся от звука.

Тихого.

Будто… шаг.

Он вскочил моментально, схватил пистолет, вышел в коридор.

Свет был выключен.

Тишина — полная.

Он открыл дверь в гостевую.

Алина сидела на кровати.
Не кричала.
Не плакала.

Но её руки дрожали.
Она смотрела в окно.

— Лев… — прошептала она, — я видела… свет.

— Какой свет?
Он подошёл к окну, резко раздвинул штору.

За окном — пусто.
Никакого света.

Но на стекле — было что-то ещё.

След.

Пальцем проведённый знак.
Еле заметный.

Лев замер.
Его лицо стало белым.

Алина поднялась:

— Что это?..

Он провёл рукой по стеклу.

Знак исчез.

Но он понял.

— Это… кольцо от фонаря. Он посветил в окно.
Его голос дрогнул.
— Он был рядом. Совсем рядом.

Алина почувствовала, как тело стало холодным.

— Лев… я думала, что… здесь он не сможет…

Он повернулся к ней резко.
Схватил её за плечи — но бережно.

— Он не вошёл. Он не приблизился. Он просто хотел показать, что может подойти.
Он наклонился ближе.
— И хотел увидеть, как ты испугаешься.

Её дыхание сорвалось.

— И увидел?
— Нет, — сказал Лев твёрдо. — Он увидел другое.

— Что?
— Что ты не одна.

И только тогда Алина поняла, что он… дрожал.
Слегка.
Незаметно.
Но реально.

— Лев… ты боишься?
— За тебя, — честно ответил он. — Только за тебя.

Она смотрела ему в глаза.

И впервые сказала то, что давно росло внутри:

— А я… чувствую себя в безопасности только рядом с тобой.

Он закрыл глаза на секунду — и в этом было больше, чем в любом слове.

— Тогда оставайся со мной, — сказал он тихо. — Здесь. Сегодня.

Она кивнула.

Не из страха.

Из доверия.

— Хорошо.

Лев подвёл её к дивану в своей комнате.

Поставил рядом стакан воды.
Проверил окна.
Закрыл дверь.

Он сел рядом — не вплотную, но близко.

И сказал:

— Я не засну. Пока ты рядом. И пока он… снаружи.

Алина тихо ответила:

— Тогда… я тоже не буду спать.