Ты-не случайность

Ночь выдалась тяжёлой. Дождь стих, но тревога, однажды проснувшись, уже не собиралась засыпать.
Алина долго сидела на кухне, прислушиваясь к каждому звуку в квартире. Холодок по коже не проходил — словно стены сжались, словно дом сам понял: теперь она в опасности.

Она пыталась отвлечься — сделала чай, включила свет, даже открыла ноутбук, но стоило вспомнить слова Льва, как внутри всё обрывало невидимой нитью.

«Он слишком близко.»
«Ты — цель.»

Девушки, похожие на неё…
Почему?
Что особенного в её лице, в её походке, в её жизни?
Она не знаменитость, не скандальная фигура, не человек с врагами.

Но кто-то наблюдает за ней.

И больше всего пугало то, что убийца будто знает о ней то, чего не знает никто.

Настенные часы пробили первый час ночи, когда телефон снова завибрировал.
Алина вздрогнула, чувствуя, как страх снова поднимается.

Сообщение от того же анонимного номера.

«Ты разговаривала с ним.
Не стоило.»

Она едва не выронила телефон.
Пальцы задрожали так сильно, что экран расплылся.

Он видел…
Он видел, что детектив приходил.

Алина на секунду перестала дышать.

Лев в это время сидел в своей машине у подъезда, глядя в тёмные окна её квартиры. Он не собирался уезжать.
Интуиция — та самая, которую он так презирал — подсказывала: этой ночью что-то произойдёт.

Он закурил, хотя почти бросил, и мысленно перебирал детали дела.
Преступник был аккуратен, умён, вынослив, действовал бесшумно.
Не оставлял следов.
Не повторялся.
Каждую жертву выбирал по неизвестному принципу — кроме одного: сходство.

Лев вспомнил, как Алина стояла в свете подъездной лампы — тонкая, с мокрыми прядями волос, немного растерянная, но с силой в глазах.
И впервые за годы работы его сердце дрогнуло.

Именно поэтому она под угрозой.
Потому что всё, что дорого, — рано или поздно может быть разрушено.

Он резко погасил сигарету, увидев, как её окно на кухне вспыхнуло ярким светом.
Через секунду — снова погасло.

Слишком резко.
Слишком неестественно.

Лев открыл дверь автомобиля и вышел. Дождя уже не было, но холод ночи обжигал.

Он поднял голову и снова посмотрел на её окна.

Кажется, свет включили не её руки.

Алина стояла неподвижно посреди кухни.
Телефон всё ещё в руке, а воздух стал плотным, тяжёлым.

«Ты разговаривала с ним.
Не стоило.»

Она уже собиралась позвонить Льву — когда услышала лёгкий щелчок.
Где-то в коридоре.
Как будто дверь шкафа на долю секунды задели.

Она замерла.
Шаг назад.
Глубокий вдох.

— Это… ветер, — попыталась сказать себе, но слова прозвучали слишком неуверенно.

В квартире не было сквозняков.
Все окна закрыты.
Щелчок не повторился — но от этого стало только хуже.

Алина дрожащими пальцами разблокировала телефон и нажала на имя в контактах, которое успела сохранить в спешке:

ГРОМОВ.

Но прежде чем вызов успел пройти — кто-то медленно коснулся дверной ручки в коридоре.

Не постучал.
Не позвал.
А именно коснулся — будто проверял, заперто ли.

Алина отскочила, сердце билось в горле.

— Господи… — прошептала она.

И в этот момент дверь резко дёрнулась, будто её пытались открыть.

Она сдавленно вскрикнула — телефон выпал из рук.

И тут… звонок в дверь. Настоящий. Громкий. Резкий.

Алина застыла, не зная, что хуже — человек, пытающийся войти без стука, или тот, кто стоит снаружи.

— Алина! Это Громов, открой! — голос, твёрдый, резко командующий.

Она бросилась к двери, отодвинула цепочку и распахнула её.
Лев мгновенно вошёл внутрь, захлопнув за собой замок, после чего внимательно оглядел коридор.

— Ты одна? — спросил он тихо.

Алина не смогла ответить — просто покачала головой.
Губы дрожали.

Лев положил руки ей на плечи, наклонился, заглядывая в глаза. Его взгляд стал мягче, но тревожнее.

— Ты мне сейчас скажешь, что произошло.

И тогда Алина прошептала:

— Он был здесь. Внутри… или прямо за дверью. И он знал, что ты приходил. Он наблюдает за нами.

Лев сжал её плечи сильнее — так, как держат тех, кого боятся потерять.

— Пока я рядом, он к тебе не подойдёт.
— А если вы уйдёте?…
— Я не уйду.

Он сказал это так уверенно, так твёрдо, что Алина впервые за вечер почувствовала себя живой, а не   загнанной.

Громов сделал обход квартиры. Осторожно открыл шкафы, проверил балкон, заглянул в ванную, в кладовку.
Следов не было. Ни открытых окон, ни отпечатков, ни звуков.

Но Лев чувствовал: он был здесь.

Алина сидела на кухне, обхватив кружку ладонями. Когда Лев вернулся, она подняла на него глаза — усталые, напуганные, но всё ещё горящие.

— Вам не нужно было приезжать… — выдохнула она. — Это опасно.
— Для кого? — он посмотрел на неё пристально. — Для меня? Или для тебя?

Она отвернулась.

— Я не хочу быть грузом.
— Ты не груз. Ты цель. Это разные вещи.

Алина закусила губу.

— Почему именно я?

Лев медленно подошёл ближе.
Небрежно, будто случайно, но остановился совсем рядом.
Он смотрел на неё так, что она перестала дышать.

— Я не знаю, — честно сказал он. — Но я выясню.

Он наклонился чуть ниже — так, что его голос стал почти шёпотом:

— И поверь мне, Алина… Я не позволю ему забрать тебя.

Её сердце сорвалось.
Её страх смешался с чем-то странным, тёплым, давно забытым.

Лев заметил это, но отступать не стал.

Он медленно положил ладонь на её руку.

— Сегодня ты не останешься одна.

И Алина впервые за долгое время позволила себе выдохнуть.