Глава семнадцатая

=

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

В тот день дождь лил как из ведра, и дул  сильный порывистый ветер, который словно преследовал  скачущего на вороном коне всадника. Казалось, что конь  и всадник словно слились друг - с другом став единым целым.  Было что-то жутковатое в том единстве, особенно учитывая  грозу, которая словно приветствовала их.

Всадник мчался по дороге к поместью стоявшему на земле его предков, а значит являющемуся владельцем и хозяином тех земель, которые прилегали к нему.

Когда он, прискакав,  отдал своего коня в распоряжение конюха, тут же поспешил в дом.  На вид ему было лет пятьдесят или около того. Был он коренастый, с  высоким лбом, густые изогнутые брови, сросшиеся на переносице,  прямой нос, большие глаза были чуть навыкат, твердые губы, и квадратный подбородок с выдающиемися скулами.

Дверь открыл лакей.

- Сэр!

- Вернон!  Я весь промок до нитки,  ужасно замерз и голоден

- Вам нужно переодеться сэр и принять горячую ванну

- Вот именно горячую ванну и немедленно

- Слушаюсь сэр – лакей поспешил выполнять поручения, и тут – же что-то, впомнив резко остановился

- Чуть не забыл сэр, к Вам посетитель

- Посетитель в столь поздний час?!  - приподнял он одну бровь

- Да сэр, точнее нет – он прибыл еще днем

- Еще днем?!

- Да сэр он ожидает вас в гостиной

- И кто же это? – лакей на какуюто долю секунды замялся

- Ваша дочь сэр с  какимто молодым человеком

- Что?! – взревел он, кинувшись в гостиную. « Ваша дочь» - стучало у него в голове, отзываясь острой болью, из-за которой он уже даже не услышал «с молодым человеком» а значит, не знал, что она пришла не одна.

Он стремительно влетел в гостиную, не разбирая дороги и не замечая никого и ничего вокруг себя.  Впрочем, одну особу он заметил сразу, стремясь к ней всем сердцем, но отнюдь не любви. Он так стремительно подошел к дочери и  неожиданно влепил ей пощеччину  со словами « Как ты посмела явиться сюда?», что девушка не успела увернуться от нее – Как?! – взревел он – взмахнув рукой для следующего удара, который она и не думала отразить, пребывая в шоковом состоянии. Она то не успела додуматься до этого, а вот  Мэтью это удалось. Его движение оказалось  стольже неожиданно стремительно и четко, как и у «врага» руку коего он успел перехвотить.

«Враг»  потрясенно воззрился на столь неожиданно возникшее препятствие, что не сразу отнял свою руку. Сначала он удивленно перевел взгляд на человека, удерживающего его руку, а потом уже со злым раздражением освободился из железных тисков, которые впрочем, ослабли.

- Кто Вы такой?

- Друг

- Вы мне не друг

- Вам может и  нет, а другим да

- Вот и убирайтесь к этим другим. Вон! – закричал «враг» указывая на дверь.

- Отец!

- Я тебе не отец!

-  И тем неменее моя невеста Ваша дочь  сэр

- Что уже жениха подцепила? Молодец ловка, ох ловка

- Стивэн! -

- А с тобой жена у меня будет отдельный разговор

- Дети пришли взять у нас благословение на брак

-  Дети?! Ты что так наивна, что подумала я  дам его, не бывать этому

- Дорогой, но ведь она твоя дочь

- Еще одно слово и я за себя не ручаюсь «дорогая» А ты – тут же переключился он на дочь - убирайся со своим защитником вон из моего дома. И чтобы духу твоего здесь не было…

- Сэр – втал Мэтью на защиту своей невесты - мы уйдем, но знайте что Ваша дочь, получив благословение матери которой мы всегда рады, выйдет замуж отнюдь не за бедного человека, а Вы в моем лице раз и навсегда потеряли зятя, который в состоянии спасти ваш капитал. – С этими словами он взял  потрясенную Кэтрин за руку,  стремительно выводя ее из комнаты и вообще из дома, в котором она выросла и по праву рождения могла считать своим. После чего  громко хлопнула входная дверь, да так, что шум, который он произвел, еще долго звучал в ушах тех, чей дом они столь стремительно покинули.