Глава седьмая

=

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Кэтрин оставшись одна в каюте, горько заплакала. Она оплакивала свою участь.

То ей навязывают замужество, и она должна бороться против этого ведь она не любила своего жениха. Конечно, оставалась надежда, что любовь придет потом, но она знала, что не сможет полюбить такого как он: жестокого, эгоистичного, самодовольного, самовлюбленного, заносчивого и лицемерного. Она говорила родителям, что он жесток с рабами, что он поступает  несправедливо с ними, но они не верили ей или не хотели поверить. Она говорила им, что он может быть несправедлив и по отношению к  будущей жене ведь нет никакой гарантии, что будет наоборот, но они отмахивались от этого довода.

 - И откуда ты взяла это? – спрашивали они

-  Например, однажды, когда мы нанесли визит чете Сильвер, Фрэнк пригласил меня прогуляться с ним. Во время нашей прогулки он заметил, что какой то раб сделал ошибку в том, что ему поручили, и приказал избить его.

-Значит, на то была веская причина Кэтрин – сказал ей отец

- Каждый имеет право на ошибку. Этот раб умолял не бить его, что он исправится, но его никто не слушал.

- Кэтрин он хозяин, а тот всего лишь раб

- Раб тоже человек. Вы же ведь не бьете рабов даже за малейший проступок.

- Кэтрин у нас свой порядок, а у них свой и оставим это

- Нет, я нежелаю выходить за него – топнула ногой Кэтрин – Ктому же он считает свободных черных мужчин и женщин рабами и ловит их

- Я не желаю слушать эти сплетни Кэтрин

- Но это не сплетни папенька он сам мне это сказал

- И для чего это ему понадобилось? Позволь тебя спросить

- «Зачем вы мне это говорите?» спросила я его тогда на, что он ответил

- «Кэтрин не будьте ребенком вы же сами должны понимать, что все ниггеры рабы, они созданы для этого. Будь это иначе их бы никогда не пороботили. Может потому, что никто не знал бы об их существовании, а возможно потому, что они  не были бы дикарями. Они глупы Кэтрин в отличие от нас белых создавших цивилизацию, они  лишь создали племена дикие племена существовашие так долго ибо им не хватило ума продвинуться дальше того жалкого существования  в коем они находяться»

- «И пусть бы жили как умели.» - сказала я тогда. « Они никого не трогали. Зачем нужно было их трогать? А если уж тронули, так поведали бы им о цивилизованном мире. Возможно, они захотели бы узнать о нем и таким образом проявили бы свой ум. А этот цивилизованный мир, который считает себя выше других, именно он проявил дикость,  поступив так по отношению к ним. Не дав даже возможность проявить себя. Это варварство Фрэнк, а не цивилизация, которой вы так кичитесь»

Как же она просила, как уговаривала много раз родителей не выдавать ее замуж находя все новые и новые причины, но у них на это неизменно был один ответ:

.

 - В нашем роду сущесмтвует традиция, выдавать дочерей замуж за того человка которого ей выберут  и в ту семью, которая согласится ее принять.  Сильверы к тому же  богаты, очень богаты, а нам нужно улучшить финансовое положение

Ей осталось одно - смириться, но она сделала вид что смирилась.

Уже совсем немного оставалось до свадьбы каких-то полмесяца.

В день свадьбы во время венчания на вопрос священника желает, ли она вступить в брак она собиралась ответить отказом, так как любит своего друга Джона. Она, правда,  любила его как друга, но другим этого знать не следовало. И даром что он вор она любит его, а не Фрэнка вот что всем следует знать. Да, это будет скандал, а  этого она и хочет. Главное она будет свободна.

А если Фрэнк захочет отомстить пусть только попробует. Она заранее  пригрозит ему, заявив, что если с Джоном что-то случится, то все узнают, что в этом будет виноват только Фрэнк.

И вот, пожалуйста, напророчила, Джон пропал, правда и она тоже.

Бедный Джон. Он рос смышленым мальчиком. Она дружила с ним с самого детства. Мальчик рос в бедном квартале. Она до сих  помнит, как еще тогда в детстве, впервые увидев его (он с ней столкнулся, когда кудато бежал), пожалела и уговорила родителей, дабы он приходил к ним в имение за продуктами, оставшимися с панского стола.  Путь пешком был не близок, поэтому он приходил туда со своей старшей сестрой. Или же Кэтрин, появляясь в городе,  в доме, в котором прошло ее детство   –  сразу навещала его, после чего он сам наведывался к ней.

 Но по  мере того как Кэтрин росла конечно, родители не одобряли того, что она общалась с ним, и запрещали ей это делать,  но она всегда находила способ сбежать к нему. Его родители всегда были добры к ней и никогда не препятствовали их общению и поэтому ей нрвились. Когда ему было десять лет, умер его отец – главный кормилец семьи, оставив на произвол судьбы жену и семерых детей. После его смерти им очень туго пришлось в жизни, хотя и до этого было нелегко. Самые старшие дети были девочки, одну из них взяли служанкой в дом  с не очень большим жалованьем,  поэтому она не могла достойным образом обеспечить большую семью, так как бы сделал старший сын, если бы он был. Поэтому Джон рано понял, какой груз на него лег пусть он и был  средним ребенком, но самым старшим из мальчиков. Самому младшему не исполнился и год. Джон стал работать, но деньги, которые ему платили, не могли спасти семью от нищеты, поэтому он стал потихоньку воровать, пока не научился это делать мастерски. А когда он понял, что это самый легкий заработок, он бросил работу. Когда об этом узнала его мать, с ней чуть было не случился удар, поэтому он снова нашел работу и за последние пять лет поменял ее не одну не зависимо от дохода, так как воровские наклонности давали о себе знать.

- Если бы он  не воровал, то не попал бы в беду. Впрочем, не такая это уж беда стать юнгой – подумала Кэтрин. -  Главное он перестанет воровать и постепенно забудет, как это делается – утешала она себя.

- А семья, как же его семья? Как она будет жить в его отсутствие? – встревожено подумала она и вспомнила о своих родителях.