глава 1

Первое, что он помнит, из своего детства, – это были ночные кошмары и колыбельная отца, которую старший постоянно напевал, когда парень боялся спать один. В его кошмарах всегда были два человека, ну как, они выглядели как чёрные силуэты, но всегда казались почему-то знакомыми. Сам парень же сидел, будто бы в стеклянном шкафу, он все видел, но при этом его никто не видел, он просто смотрел на тех людей, а после слышал какой-то хлопок, и они оба падали на землю. В этот момент, он просыпался

Он рос веселым и энергичным, не было ни дня, как в доме не звучало его полного имени, ведь ребенок что-то натворил, но при этом не успокаивался. Непоседа прекрасно знал грань, которую перейти будет себе дороже, и всегда останавливался перед тем, как нарушить это вето. Парень любил своих родителей, но обычно, они были холодны, ведь не знали, как проявлять привязанность и, уж тем более, любовь

Его мать была той, кого можно назвать “голубых кровей”, холодная, утончённая, ее белые, волнистые волосы, всегда аккуратно лежали в сложной, но красивой прическе, а задние пряди же были расплетены и развевались по ветру или нежно, совсем как застывший водопад, рассыпались по плечам, опускаясь до бедер. Глаза же были такими же, чисто белыми, будто бы на нее просто не хватило красок, у радуги

Отец же неизменно был…парнем с улицы, несмотря на аристократическое происхождение, его рыжие, прямые волосы всегда, будто бы горели на солнце, как пожар, а глаза были темно карими, почти черными. Он гордился своими волосами, ребенок это очень хорошо помнил, но не понимал: “Почему?”. Ведь он всегда знал, что его отец чистый японец, а волосы просто мутация, ведь все тети и дяди были брюнетами, а к сожалению, бабушку и дедушку он не знал.

Сам же парень…был чудом мутации, он оказался химерой, прямые волосы переняли белый цвет матери, но при этом в них были пряди рыжих, казалось, что это мелирование, а глаза же оказались двумя разными. Белый, будто первый снег, от мамы, и карий, такой же как у отца, на столько же темный, что казалось будто в нем, смешались не японец и белоруска, а само миропостроения “Инь и Янь”. Хотя не смотря на эту визуальную “магию”, врачи и родители всегда говорили, что у парня просто гетерохромия

Ребенок всегда жил в изоляции, он не знал почему, но родители запрещали ему покидать дом, будто боялись чего-то. Единственным исключением стал футбол, парень жил им и, скрепя сердце, отец разрешил ему ходить на тренировки и участвовать в играх. Но и тут ему не дали свободы, условий было достаточно, чтобы обычный ребенок сошел с ума, от контроля, но он согласился на все. А условия звучали так:

1. Играть только в этой команде и на том поле, ведь тренером и владельцем этого места являлся его дядя
2. Только приезжает машина, чтобы забрать, сразу уходит, без лишних вопросов и слов
3. Если хобби вредит учебе, то на футбол парень больше не вернется. А младший учился на семейном обучении, так что косяки заметили бы сразу
4. Есть и пить только то, что он взял из дома. Запрет распространялся, даже на простые конфеты, которыми его бы угостили
5. На телефон была установлена слежка, что бы всегда знать где ребенок и если парень в раздевалке, то и телефон должен быть при нем, если на стадионе, то у дяди и так далее
6. Если кто-то звал гулять после, сразу же он должен был отказаться и сообщить про это отцу

Не смотря на этот тюремный контроль, младший смог завести себе двух друзей, настоящих, которые прикрывали его или разделяли каждую передышку. Они были старше на два года, но это никак им не мешало, лишь добавляло интереса и права младшему шутя называть их “динозаврами” или “стариками”.

Первого звали Леви, ну или как его все называли Лев. Старший родился в Греческой Республике, но, когда мальчику был год, родители погибли и сироту отправили к тёте. Несмотря на имя, он отличался странным спокойствием, ведь казалось, что его почти ничего не может разозлить, всегда собирал свои, каштановые волосы, в конский хвост, открывая карие глаза и чаще всего просто молчал, ведь парень любил слушать.

Второго же звали Виктор, по национальности был украинец, но его семья переехала в Японию, два года назад. Парень был русым с голубыми глазами, короткие волосы почти никогда не расчесывались, а на лице то и дело появлялись лейкопластыри, от драк

Леви неизменно заботился о младшей химере, чтобы он поел или не засиживался допоздна, за что и получил прозвище “Мамочка” от Вити, но не обращал внимания на это или говорил: “Как скажешь”. Его правда это не задевало, но иногда казалось, что своим холодом, он намеренно бесит Вика

А Виктор же всегда оставался тем, кому первому в голову приходило взрывать петарды, или сбегать из домов, чтобы вместе встретить рассвет где-то. Младший лишь закатывал глаза и смеялся над его непринуждённостью, а Леви скептически спрашивал: “А как ты дожил до этого возраста?”

Но это…все было слишком давно, сейчас парень вырос и, к сожалению, он больше не имеет возможности видеть своих друзей даже через телефон. Судьба сыграла злую шутку, сломав его прекрасную жизнь и теперь он живет, а точнее существует, в Америке и больше не может выйти на поле, а без игры, он не видит смысла