Глава 3 Предел Железа

​Сцена 1. Смерть C20XE

​Ночная трасса на Каменское была пуста. Туман здесь сгустился до состояния молока, но оранжевый седан летел сквозь него, выжимая из покрытия всё до последнего километра в час. В зеркалах — ни одного маячка. Александр привез копам полные две минуты отставания.

​Но стрелка датчика температуры масла замерла в критической зоне.

​На скорости под 200 км/ч, когда турбина дула на максимуме своих возможностей, из-под капота донесся глухой, тяжелый металлический удар. В следующую секунду кузов содрогнулся от дикой вибрации, и под днищем что-то заскрежетало.

​Блок не выдержал. Выбитый шатун пробил стенку цилиндра, и раскаленное масло хлынуло прямо на раскаленный коллектор.

​Салон мгновенно затянуло едким дымом, а из-под вентиляционного раструба на капоте вырвался густой сизый шлейф. Двигатель заглох намертво, потеряв компрессию за долю секунды.

​Александр не сделал ни одного хаотичного движения. Нажав сцепление, он плавно удерживал стреляющую боком машину, погасил инерцию на нейтралке и аккуратно свернул на обочину за пару километров до въездной стелы Каменского.

​Машина замерла. В наступившей тишине слышалось только шипение испаряющегося масла и треск остывающего турбокомпрессора.

​Сцена 2. Прощание у обочины

​Александр выключил зажигание и отстёгнул ремни безопасности.

​Он вышел из салона, подошел к передней части и сдёрнул спортивные замки-быстросъёмы. Приподняв капот, он посмотрел на дымящийся C20XE. Мотор отдал всё. Он не подвел в бою, не заглох у баррикады, не дал копам протаранить кузов. Он умер как настоящий гоночный агрегат — на полном бусте и на вершине своей славы.

​Вдали, со стороны Днепра, сквозь пелену тумана пробились первые слабые проблески красно-синих огней и далекий вопль сирен. У них ушло больше трех минут, чтобы просто доехать до этого отрезка.

​Александр спокойно закрыл капот, защёлкнул быстросъёмы и достал из салона личные вещи. Он взглянул на оранжевый седан в последний раз, провел рукой по крылу и, не торопясь, шагнул с обочины в темноту прилегающей посадки, уходя пешком в сторону первых жилых массивов Каменского.

​Машина осталась встречать экипажи в одиночестве — непобеждённая

​Сцена 3. Пустая машина

​Через две минуты на место выскочили три патрульных кроссовера. Тормоза визжали, полицейские выскакивали из машин с оружием в руках, блокируя оранжевую «пятнашку» со всех сторон.

​— «Водитель, руки на капот! Выходи из машины!» — орал в громкоговоритель офицер.

​Тишина. Только пар идет из-под интеркулера.

​Командир спецроты осторожно подошел к водительской двери с фонарём, посветил через тонированное стекло и дёрнул ручку. Дверь открылась. Салон был пуст. На сиденье лежали только ключи зажигания.

​В рации раздался треск:

— «Дежурный, это Экипаж-401... Мы нашли машину на въезде в Каменское. Мотор заклинило, весь поддон в масле».

— «Где водитель?! Задержан?!»

— «Отрицательно... Салон пустой. Ушел пешком в город. Запрашиваю подкрепление и пешие патрули по району!»

​Командир посветил фонарем на белые диски, обутые в изношенный, но спасший эту ночь Michelin, и тяжело вздохнул:

— «М-да... Железо дожали, а пацан ушел. Оформляйте эвакуатор на штрафплощадку».